Мухаммад Агахи
Избранные газели
С солнцеподобного лица сними скорее покрывало.
Пусть я – пылинка на земле, пусть для тебя я значу мало,
Молю: не закрывай лица, чтоб день не стал темней,
И без того моя душа давно беспомощною стала.
На этом свете мне светло лишь от твоих речей,
И я молю, чтоб речь твоя текла ручьем и не смолкала.
Хоть мне от взгляда твоего становится больней,
Я не прошу: закрой лицо, чтоб взглядом сердце не пронзило.
Не вырвать сердца своего мне из твоих сетей,
Давно влюбленное, оно былую гордость потеряло.
И если роза не верна, замолкни, соловей,
Чтобы неверная твоей печальной песни не слыхала.
Слагает песню Агахи для любящих людей,
Носите в ладанках своих, чтоб от несчастий сберегла.
***
С ней, чьи уста даруют жизнь, мне вышло разлучиться,
Не может плоть моя с тех пор с душой соединиться
Лица любимой не найдя, лицо я потерял,
Я как пылинка, чей удел лишь на свету светиться.
Не слыша слов ее, я сам поник и замолчал,
Без сахара и попугай не очень раскричится.
Что мне жасмин, хоть он в моем саду благоухал
Когда не вижу я своей любви жасминолицей?
Что встреча с ней, коль столь далек любимых губ коралл,
Что рай, где влага в родниках не для меня струится?
И сердце мечется мое, метаться я устал,
Так иногда мечась в пыли, взлететь не может птица.
О кравчий, пожалей меня, без влаги я увял,
Позволь мне к чаше губ прильнуть, шарабом насладиться.
На свете ныне горячи лишь слезы Агахи,
Не дай о Господи ему и этого лишиться.
***
Покой мой – глаз твоих улов, которыми пленен.
Я – жертва стрел твоих зрачков, которыми пленен.
Упали жемчуга в цене на всех базарах мира
Пред жемчугом твоих зубов, которыми пленен.
Пронзен я луками бровей, и сердце тяжко бьется
В цепях любимых завитков, которыми пленен.
В разлуке стало мне светлей, когда вдруг озарился
Мой кров виденьем сладких снов, которыми пленен.
Героев твердых, как скала, ты обрекла стенанью
Мелодией твоих шагов, которыми пленен.
Когда увидел бы Юсуф тебя хоть на мгновенье,
Он пал бы в прах твоих следов, которыми пленен.
Ты, милая моя, меня из мертвых воскрешаешь
Созвучьем соловьиных слов, которыми пленен.
И люди бедные кругом лишаются рассудка
От щедрости твоих даров, которыми пленен.
Пусть Агахи от той луны претерпевает муки,
Но славить муки он готов, которыми пленен.
Мухаммад Агахи (1809-ок.1874)
Мухаммад – Риза мираб ибн Ир-Нийаз-бек с литературным именем Агахи родился в 1809 году в кишлаке Кыят, в 4,97 миля ( 8 километрах) от города Хивы.
Рано лишивишись отца, Мухаммад Риза воспитывался у дяди – известного историка и поэта Шир Мухаммада ибн Амир Иваз-бий мираб с литературным именем Мунис, который обучал его грамоте. В дальнейшем продолжил учебу в одном из медресе столицы ханства Хивы, где прилагает все усилия к изучению арабского и персидского языков. Он со всем пылом отдается чтению книг и приобретению знаний. С большой любовью
Изучает произведения классиков народов востока-Навои, Физули, Бедиля и других.
1829г. После смерти дяди, служившего мирабом у хана, Агахи занимает эту должность. В краю, где земледелие основано на искусственном орошении, должность мираба была довольно сложной и ответственной. Однако Агахи все таки находил время для научных и литературных занятий.
Написанные поэтом газели весьма разнообразны. В одних воспевается чистая любовь, в других – идеи суфизма, в третьих личные переживания.
Из книги « Мухаммад Агахи»
Москва – Сакнкт-Петербург Изд. «Диля» 2001 г.
***
Агахи прославился поэтическими переводами на узбекский язык сочинений Низами, Амира Хусрох Дехлеви, Саади, Джами, Хилали и др. В области перевода
466
Агахи был подлинным новатором. Его переводческие принципы близки принципам художественного перевода нашего времени.
Переводы, традиция двуязычия — это стороны сложного процесса взаимосвязей и взаимовлияния литератур. Узбекская литература в это время развивалась в тесном контакте с таджикской, азербайджанской, туркменской и другими литературами. Чтения вслух среди простых людей «Шах-наме» Фирдоуси, увлечение поэзией Бедиля, множество тахмисов (подражаний) на газели Физули — все это составляет специфические черты узбекской литературы данного периода. Туркменские поэты Махтумкули, Кемине и другие пользовались особенной популярностью в Хорезмском оазисе. В условиях Бухарского эмирата узбекские и таджикские поэты и писатели творили бок о бок, литературный процесс в главных чертах был общим.
http://feb-web.ru/feb/ivl/vl6/vl6-4632.htm
|